Голод, холод и одна идея

Бизнесмен Давид Якобашвили – об успешных проектах, покровителях для талантливых людей и энергии, которая не дает заснуть окружающим.
Экс – совладельца компании «Вимм-Билль-Данн» Давида Якобашвили язык не повернется назвать малообеспеченным человеком. Тем не менее даже свои ежедневные траты в продуктовых магазинах он предпочитает просчитывать до копейки. «Никогда не покупаю переоцененные товары. Просто в моей жизни были периоды, когда элементарно нечего было есть, они научили экономности во всем,объясняет бизнесмен.К примеру, имел в собственности несколько самолетов, но продал их, потому что дурить пытались – и на обслуживании, и на топливе… Не люблю чувствовать себя идиотом». Возможно, именно такой подход помогает ему никогда не терять чутье. О своих правилах успешного ведения дел Давид Якобашвили рассказал в интервью журналу.

«РАНЬШЕ БЮРОКРАТИЯ ОБХОДИЛАСЬ ДЕШЕВЛЕ»

Плавучий отель, салон красоты, автобусы в аэропорт, торговля автомобилями… Складывается впечатление, что на заре 1990 – х вы активно искали свой «свечной заводик». Такова была специфика времени: я знакомился с людьми, у нас появлялись самые разные идеи – осуществимые или не очень. Открыть плавучую гостиницу, к слову, оказалось просто: арендовали теплоход на Речном вокзале и начали сдавать каюты приезжим – всего по 10 долларов за ночь. Вскоре наш «номерной фонд» стал заполняться и генерировать неплохой денежный поток. Капитан и команда были довольны: плавать не надо, а деньги идут. Кстати, этот корабль так и стоит на Москве – реке – напротив Центрального дома художника.

То есть вот так вот, щелк пальцами – и сразу очередной бизнес? Ни денег, ни связей не надо было?
Тогда бюрократии было меньше, точнее, обходилась она предпринимателям значительно дешевле. Плюс предельно простой расклад сил – свои и чужие, милиция особо не вмешивалась. Соответственно, и проекты множились как грибы после дождя, в ряде случаев для стартапов даже не требовался начальный капитал. Сейчас же преград не в пример больше, появились разного рода условности, ограничения, все умные стали, бандиты легализовались, да и против полиции не пойдешь. В любой нише кто-то уже есть, найти себя тяжело, поэтому и «входной билет» на большинство рынков сильно подорожал.

А провалы у вас случались?
Хватало. Как-то пробовали поставить на поток производство и продажу отечественного прибора, способного отслеживать положение предметов по трем точкам – с помощью антенн. Но он был недоработанным: из-за естественных помех в городе мог определять точные координаты лишь в первые несколько минут, а потом связь терялась. А вскоре на рынок пришли первые системы GPS.
Удивительно, что при таком количестве разнообразных идей делом всей вашей жизни в итоге стал «Вимм-Билль-Данн»…

Это, в общем – то, случайность. В январе 1993 – го ко мне и моим партнерам по компании «Тринити» Павлу Дудникову и Евгению Ярославскому обратились за помощью молодые предприниматели Сергей Пластинин и Михаил Дубинин. Их привел к нам родственник Евгения. Они на тот момент уже договорились с Лианозовским молочным комбинатом об аренде простаивающей линии по выпуску соков, но было много проблем, в том числе с доступом в торговые сети. Мы решили, что проект перспективный, расширили производство, выкупили заодно и часть Раменского молочного комбината. Начали выпускать соки. Маржинальность быстро достигла 150%, бизнес развивался, и вскоре возникла идея приобрести Лианозовский комбинат – сначала 20%, потом остальное. Когда он перешел под наше крыло, к сокам добавили молочные продукты. Ну а дальше стали экспериментировать с технологиями, рецептами и наименованиями продукции.
А кто придумал название?

Сережа Пластинин. Но он, по-моему, даже себе не признается, почему так назвал компанию.
Как вы делили сферы ответственности в «Вимм – Билль – Данне»?
Мы ничего не делили, каждый занимался тем, что умеет. Что касается меня, то я был двигателем всего процесса, эдаким «возбудителем». Моя энергия не давала никому заснуть.
Странно, что соковые бренды компании писались латиницей, а молочные – кириллицей.
В то время люди считали импортные продукты более качественными, поэтому и был создан бренд J7, то есть «семь соков». Во многом благодаря «иностранной» торговой марке линейка обрела популярность и разрослась до 21 наименования. А вот на молочном рынке, наоборот, всегда ценились отечественные марки. Вот и при покупке производственных площадок мы старались сохранять региональные бренды. Так появились «Веселый молочник», «Кубанская буренка». А «Милая Мила» и «Домик в деревне» были уже новыми марками.

Вы же и на пивной рынок пытались выйти, около 50 млн долларов инвестировали.
Было такое. Купили четыре пивзавода, создали Центрально – Европейскую пивоваренную компанию… Вот только на рынке к тому моменту существовали сильные игроки, а мы не могли похвастать особой компетенцией в пивоваренной отрасли, поэтому решили продать активы.
Довольны тем, как вышли из «Вимм – Билль – Данна»?
Да. Мы ведь пытались это сделать, вели переговоры с Danone, но не получилось, чему мы сейчас рады.

А с PepsiCo все сложилось удачно. К слову, эта сделка стала возможной во многом благодаря другому правильному шагу – размещению на Нью-Йоркской фондовой бирже в 2002 – м.
PepsiCo – достойный владелец?
В целом да. Хотя мы принимали решения быстрее, а в PepsiCo каждая мелочь согласовывается с главным офисом в Америке. Но таковы реалии. Думаю, что и такими темпами «Вимм-Билль-Данн» вскоре дорастет по объемам производства молочной продукции до уровня Nestle или Danone.

«ВОРОВСТВО СТАЛО ТЕХНОЛОГИЧНЕЕ»

Как будет дальше развиваться рынок молочных продуктов?
Вступление России в ВТО вынудит всех игроков следовать международным правилам игры. Кроме того, надеюсь, будут выработаны единые стандарты для молока в рамках Таможенного союза. В любом случае жду скорого возврата понятия «восстановленное молоко». Его и Москва, и Санкт-Петербург пили на протяжении всего советского времени. А сейчас этот продукт заменили какие-то непонятные молочные напитки. На мой взгляд, на упаковке должна быть написана правда.
А в чем правда?

Есть молоко из-под коровы, которое нужно везти 600-700 км до завода, где его обработают. Из-за гигантских расстояний в России доставить молоко свежим можно не всегда, поэтому логично его высушить, довезти, а потом восстановить путем добавления влаги. Ничего страшного в этом нет. Обычно в результате восстановления молоко теряет всего 3-4% витаминов и минералов.
Вступление России в ВТО вы, видимо, оцениваете положительно?

Да. Это дает нашей стране возможность участвовать в общем процессе развития мировой экономики, а не оставаться где-то на задворках. Оградить себя стеной проще всего, но одновременно и хуже всего. А при возросшем уровне конкуренции нам всем волей-неволей придется учиться работать экономичнее, уменьшать бюрократические препоны, бороться с коррупцией.
В молочном бизнесе много коррупции?

На каждом шагу, как и в сельском хозяйстве в целом. Получение кредитов, откаты при строительстве молочных комплексов, плата за доступ на полки магазинов… Нам, как крупному игроку, было, конечно, легче, чем остальным, но общая ситуация печальна.

Вы поэтому покинули сельскохозяйственную отрасль, избавившись от активов «РусАгроПроекта»?
Не только, здесь сыграл роль и человеческий фактор. Два ведущих топ – менеджера компании обокрали меня, как только могли, оставив количество долгов, несоизмеримое со стоимостью компании. К сожалению, в сельском хозяйстве есть возможности воровать на всем пути от поля до полки: при сборе, погрузке, разгрузке, хранении, хлебопечении и т.д. Со времен Гоголя, знаете ли, у нас воровство никуда не делось. Разве что стало технологичнее.

Российские власти уже не первый год говорят о децентрализации бизнеса. Можете на правах экс – владельца федеральной компании дать совет, как улучшить бизнес – климат? В первую очередь требуете я создать ус лови я для бизнеса, чтобы в Россию потянулись инвесторы. Если говорить о конкретных мерах, то это мораторий на повышение налогов, ограничение вмешательства чиновников в дела предпринимателей, отмена различных административных барьеров, введение принципа одного окна. От прихода западных компаний мы только выиграем, они же ничего не унесут, зато создадут хорошую конкуренцию на рынке.

СВОЙ ИНВЕСТОР

Основателей «Вимм – Билль – Данна» нередко называли одной большой семьей, а после продажи бизнеса все как-то разошлись. Почему?

Долгие годы нас объединяли голод, холод, надежда и одна идея. А когда мы наелись, согрелись и достигли тех горизонтов, которые наметили, все закончилось. Но я об этом не жалею. Сейчас у меня есть другие ребята со своими идеями, и мне интересно двигаться дальше, ставить новые цели.
И чем же может заняться в России среднестатистический миллионер?

Да чем угодно! Строить церкви, детские сады или зарабатывать дальше свои миллионы. Я вот просто не могу остановиться: кажется, если приторможу, то уйду насовсем. А этого мне не хочется, я люблю заниматься бизнесом. И я такой не один. Посмотрите, к примеру, на Олега Табакова: он при деле, востребован, по-прежнему усердно работает. Или возьмите Шимона Переса: почти в 90 лет – президент страны! Так что главное – не останавливаться надостигнутом.
Сегодня вы являетесь своего рода венчурным инвестором. Что нужно, чтобы вы согласились финансировать проект?

Мне каждый день поступают новые идеи, однако далеко не все нравятся. А критерии оценки очень простые – перспективы проекта: я должен четко понимать, как и когда из него выйду и сколько при этом заработаю.

А если вас не зацепило, где молодым и умным найти деньги?
Даже если ты семи пядей во лбу и знаешь, как создать вечный двигатель, без денег и покровителя в мире бизнеса тебе делать нечего. Поэтому очень важно достучаться до такого человека. Без этого сейчас, увы, никуда: съедят. Но я верю, что действительно талантливые люди обязательно найдут своего инвестора.
Торфяной завод «Биоэнергия»удачная инвестиция?

Переработка торфа мне всегда казалась интересной, и я хочу поменять отношение государства к данной отрасли. В рамках этого проекта мы нашли оптимальный способ сделать торф самоокупаемым продуктом. Во-первых, создали из него добавку, которая в смеси с цементом не дает последнему каменеть при попадании влаги. Это позволит строительным компаниям избежать огромных потерь. Осталось лишь получить результаты промышленных испытаний и выяснить, насколько меняются при этом качества самого цемента. Во-вторых, из торфа можно производить антиобледенитель для дорог: органический продукт легко смывается в канализацию, не вызывает коррозии корпуса автомобилей, безвреден для животных и вообще безопасен. Все это весьма актуально для наших городов. Наконец, торфяное отопление гораздо перспективнее существующих способов.
Осталось только убедить в этом государство.

Смотрите, сейчас власть покупаетдорогущие солярку или каменный уголь и загружает их в заведомо неэффективные котельные, а потом тепло расходится по дырявым теплосетям – отсюда гигантские денежные потери. Между тем если сравнить показатели удельного расхода топлива на производство энергии, то для торфа они в 2,5 раза лучше, чем у той же солярки. Мы предлагаем заменить все топливо кусковым торфом, а вместо существующих котельных с КПД 35-40% поставить усовершенствованные агрегаты с КПД 85-90%. С торфом проблем не будет, он есть практически во всех областях.

МУЗЫКАЛЬНОЕ ХОББИ

Как родилась идея музея антиквариата и музыкальных инструментов? Разрослась собственная коллекция?
С самого начала я хотел создать именно музей, куда можно было бы организовывать экскурсии. Именно для этих целей покупал свою первую коллекцию у шведского приятеля, которому в 1989 году собственноручно ставил рублевые игровые автоматы в Санкт-Петербурге.
Музей меж тем дался вам нелегко…
Чего только я с ним не натерпелся! На получение разрешения на строительство ушло 10 лет, выдали недавно, да и то случайно. И ведь вроде с самого начала никто не был против, все за. Лужков говорил: «Срочно в работу». Но сперва устарели какие-то подписи – потребовалось обновить, пока обновляли – возникли новые преграды. Здание под музей вдруг оказалось памятником архитектуры, мол, это бывшая шашлычная, куда ходил еще Высоцкий. Слава богу, выяснилось, что шашлычную построили, когда Высоцкий уже умер. А то бы так и не было разрешения. Мрак в общем.
Недавно вы прославились как главный налогоплательщик Калмыкии. Верите, что на эти деньги построят завод и дороги?
У республиканских властей выбора нет: об этом написали все газеты, люди уже знают. Так что придется выполнять обещания – может, и не на все полученные средства, но что-то точно построят. К слову, раньше я все время сдавал деньги в Москве, но тут невозможно отследить, на что идут собранные налоги.
Вы суеверный человек?
Весьма, в жизни следую многим приметам. В бизнесе, напротив,стараюсь не ориентироваться на суеверия, а бороться с ними.
Успех в бизнесе – порядок или стечение обстоятельств?
Скорее упорядоченное стечение обстоятельств.
Говорят, успешный делец не бывает человечным. Вы согласны?
Сложно сказать. Я привык доверять людям. Хотя иногда и страдаю от этого.
А друзья в бизнесе есть?
Не стал бы связывать эти два понятия. Могут быть друзья, которые со временем становятся бизнес – партнерами, а последние в одночасье могут превратиться во врагов.
В чем специфика ведения бизнеса в России и на Западе?
Ни в чем. Близость к власти везде приносит определенные дивиденды, равно как во всем мире в той или иной степени используются различные ресурсы, помогающие достигнуть поставленных целей. Только на Западе это происходит в скрытой форме, а у нас все лежит на поверхности.
Не скучаете по романтизму 1990 – х?
А что мне скучать? Я и сейчас романтик. И авантюрист.

Оставить комментарий

Вы должны быть зарегистрированы чтобы комментировать.